?

Log in

No account? Create an account
Весы

Многоходовочка? (2)

В продолжение предыдущего поста


Да. Так что внешнеполитическая арена - штука сложная и непонятная  подавляющему большинству граждан, - идеальная площадка для "национального единения" в случае ее очевидной «непровальности», например, проигранной войны.


Эмоции, эмоции.... И практически всегда непонятно, кто-же внутри страны основной бенефициар? Особенно внутри такой огромной и разнообразной, как Россия. Лишь «обостренно» классовый подход позволял, например В.Ульянову, жестко связывать внешнюю политику с узкими интересами конкретных страт общества и это всегда, в конечном итоге — «синтетический» интерес правящей элиты, «буржуинов» в современном мире. Поэтому и такая «странная» политика большевиков в ходе 1-й мировой, например.


Связь между «внешнеполитическими достижениями» и повседневной жизнью граждан (всех) в краткосрочной перспективе совершенно неочевидна, всегда многообещающа в перспективе и позволяет «на коротком плече» абсолютно нейтрализовать любую оппозицию внутри страны.


Главное условие — материальное положение основной части населения не должно явно ухудшаться, а в случае заметного ухудшения оно должно быть очень серьезно «обосновано» пропагандой. Что, впрочем, работает не долго.


Внешняя политика в интересах «национальной буржуазии», в лице ее авангарда — крупного национального капитала, удовлетворение стратегических интересов которого связано именно со »страной происхождения« — воспринимается обществом как политика в общенациональных интересах. Что резонно.



А вот внутренняя политика в чьих-либо интересах — это уже другая история: столы накрыты, вся публика — в зале и каждый присутствующий запах чувствует, своими глазами видит и желудком »переживает«, кто и что берет и ест, как берет и сколько, а кого от стола »оттирают«. »Патриотизм«, »общенациональные интересы«, »суверенитет« и т.п. в данной ситуации не работают или работают плохо и недолго...


Путин позиционировал себя в качестве общенационального надпартийного лидера, что ему вполне удавалось вплоть до последнего времени по факту. Онако последние несколько лет все более очевидно показывали, что Путин — убежденный либерал (патриот — безусловно), что верит в »национализированный« либерализм, опирается на него и работает в его интересах, прежде всего.


Можно было бы сказать, что это весьма прогрессивно и действительно — в общенациональных интересах, после того, как он смог »национализировать« крупный капитал и адекватную часть либералов.


Однако есть несколько имманентных либерализму проблем, обостряющихся в последнее время: он »кровно« предрасположен к либерде, имеет глубинную связь с протестантским мироощущением (что плохо »работает« в православной стране), его экономические »аксиомы« перестают работать в новом пост-глобалистском мире или работают плохо и все больше расходятся с объективными интересами развития государства, как общенародного института.


Пока общество ощущало непосредственно материальную выгоду от политики Путина (и это его безусловное достижение) — проблема носила скрытый характер, создавалась иллюзия что некоторые »неудобства« либерального уклона правящей элиты можно со временем нейтрализовать или откорректировать.


Однако, будучи относительно далек, как я полагаю, от понимания и »чувствования« макроэкономики и ее динамики, Путин сделал большую ошибку в части ее развития, отдав эту тему на откуп своим национализированным либералам.


В результате к сегодняшнему дню мы имеем: А-бенефициары — несколько корпоративных полугосударственных супер-империй в сырьевых отраслях, относительно большую оформившуюся группу крупных и средних несырьевых частных компаний, кормящихся (вместе с чиновниками, поэтому »госудраственно-частное партнерство«) от бюджета (ВПК входит в эту группу, но стоит особняком), полугосдарственный крупный финансовый (банковский) сектор, »силовиков« всех категорий, большую группу »обслуживаюшего персонала« (бюрократия, »избранники народа«, »экспертное сообщество« и либеральная интеллигенция), кормящаяся от бюджета; и Б — те, кого явно »оттирают от стола« —  прежде всего мелкий и средний »несистемный« бизнес, граждане, живущие »на одну зарплату«, нуждающиеся в социальной поддержке ну... и все остальные, не вошедшие в группу А.


Если мы учтем, что основными «благоприобретателями» в группе А являются управленцы\владельцы, то «оттираемые от стола» — подавляющая часть населения России. Ну, скажем, 99%. Согласно менталитету неолиберализма — неудачники, неИЗБРАННЫЕ, «трудовые ресурсы», один из источников пополнения стола...


Бенефициаров (элиту) полностью устраивает сложившаяся экономическая модель (огромные сырьевые доходы + бюджетное финансирование + доходы на финансовых игрищах) и выстроенная под это политическая структура («своя» исполнительная и законодательная власть).  Любая другая модель — усложнение жизни, а главное — снижение эффективности с точки зрения личного «интереса». Поэтому Путин напрасно ожидает от своей национализированной либеральной элиты (а я все-таки верю, что он искренен в этом. В ожидании...) структурной модернизации и «прорывного» развития экономики. Не нужно им это, убыточно и даже опасно.


Сердцевиной, стержнем (столом с явствами) сформировавшегося элитарного «авангарда» является бюджет. Именно (вернее, прежде всего) через него делится (перераспределяется) пирог производимого национального продукта. А «элитарный авангард» в лице правительства и мощнейших лоббистских групп в интересах различных сегментов и конкретных представителей этой элиты — это те, кто этот пирог распределяет.


Как, кому и сколько распределять они прекрасно знают, было бы что. Вот как раз в «что» и проблема. Причем она сильно ослабевает при хороших ценах на сырье и резко обостряется при «плохих». Вот эта примитивная причинно-следственная связь и лежит в основе текущих Российских экономических, а с недавнего времени  — и социально-политических проблем.


Поэтому либеральная элита видит (и понимает) решение проблем только в наполняемости бюджета, НО (!) — в рамках сложившейся расстановки «едоков у стола». Поэтому поддержка (в том числе внешнеполитическая) сырьевого сектора, как одного из основных «подающих к столу», поэтому поддержка крупного (полугосударственного) финансового капитала, поэтому фонтанирующая креативом деятельность по оперативному внедрению все новых механизмов «мобилизации ресурсов» с неизбранных: налоги, акцизы, штрафы и т.д. и т.п., поэтому самое низкое в мире налогообложение для избранных, практически легализованные коррупционные схемы для них же («государственно-частное партнерство»), поэтому легкость выведения любых активов из страны и такая ленивая борьба с коррупцией.


Все эти и многие другие «поэтому» — системны, являются кровным интересом нашей либеральной элиты и ждать, что они наступят на горло собственной песне — наивно. Для того, чтобы делать реальные «рывки» элиту надо серьезно корректировать. Достаточно сильные позиции в ней должны занимать те, чьи кровные интересы действительно связаны с «прорывом» и социальным благополучием в стране.


А что делает Путин? Он позволяет себе солидаризироваться с Единой Россией и за счет личного «беспартийного» электорального авторитета обеспечивает либералам конституционное большинство в парламенте (заметим: в стране, где электоральная поддержка собственно либералов исчисляется несколькими процентами), он не только сохраняет, но и укрепляет позиции либералов в правительстве, он поручает либералам структурную перестройку экономики (т.е. той экономики, которую они и создали «под себя») и пытается не замечать издевательств своих ставленников над неизбранными, нарастающего оттирания их от стола в условиях естественной« утряски и усушки «явств»: «наш рацион — неприкасаем, а остальные — ну, держитесь там...».


Но, создается впечатление, на этот раз Путин переигрывает сам себя и оставаться «над схваткой», а тем более — «защитником народа» и радетелем справедливости — получается все хуже. А может ему это больше и не надо? Надо! Впереди еще операция преемник и с Медведевым поменяться местами больше не получится.


Все очевиднее, как раз, последовательная защита Путиным именно сложившейся элиты и именно ее интересов. А там, где они противоречат остальным, тем, за счет кого элита пытается сохранять статус-кво, на самом деле — ну, что ж поделаешь, «она утонула»...


Добавлено 08.07.18. В развитие темы:


Пишет Николай Подосокорский (philologist)





Андрей Мовчан: "Для власти в России частный бизнес - враг"



Андрей Мовчан — российский экономист, финансист, директор программы «Экономическая политика» Московского Центра Карнеги.


Фото: «Новая газета»

Принятие решений об увеличении доходов бюджета за счет роста налогов и сокращения социального обеспечения в сущности является уже которым по счету подтверждением того, что власть в России представляет себе экономику как дистрибутивную модель. Дистрибутивная модель основана на идее наличия фиксированного богатства, которое нужно защитить и "правильно" распределить. Такая система естественным образом тяготеет к централизации, не только потому, что консолидация богатства дает власть, но и потому, что перераспределять централизованно намного легче и эффективнее, чем отдать перераспределение на откуп свободным агентам - попробуйте представить себе многоугольник с миллионами вершин и сравните количество диагоналей, проходящих через центр, с количеством отрезков, соединяющих любые две вершины между собой.

В дистрибутивной модели богатство не создают - его обороняют: от внешних захватчиков, от внутренних расхитителей и от нерадивых пользователей. Идея преумножения богатства абсурдна - оно же фиксировано. Труд, бизнес, общественная экономическая активность имеют лишь вспомогательную цель - они обеспечивают государству возможность меньше делиться богатством с обществом: "пусть хоть что-то сами для себя сделают". Если благосостояние недостаточно, надо увеличить эффективность использования богатства: еще больше консолидировать его в руках государства, усилить контроль, повысить дисциплину, выторговать или получить силой лучшие условия обмена своего богатства на нужные в стране вещи у внешнего мира, может быть, если удастся, захватить еще богатства у соседей.

Если часть людей живет слишком бедно, нужно отобрать у других часть доселе распределявшегося им богатства и перераспределить в пользу бедных. Если государству не хватает на (предположительно) необходимые траты, то надо меньше распределять гражданам или больше возвращать обратно - и финансировать государственные траты; при этом государственные расходы приоритетны, поскольку государство знает, на что надо распределять средства, а люди - нет. Государство, взвалившее на себя такую работу и такую ответственность, естественно, становится гипертрофированно большим и дорогим, получает привилегию принимать решения вне и в обход закона, исходя из рационали момента (и - все мы люди) из соображений личной выгоды его представителей.

В России, с ее ресурсной зависимостью, с ее советским прошлым, когда "все делали вид, что работали", несложно поверить, что эффективна (да и вообще - существует) только дистрибутивная модель. Очевидно, что такая вера отлично культивируется по принципу self-fulfilling prophecy. Развитие дистрибутивной системы гипертрофирует государство, ведет к разрушению законодательной базы и эффективных горизонтальных экономических отношений, эффективные экономические агенты выходят из игры, а их место занимают неуклюжие и коррумпированные госструктуры и вороватые частные прилипалы, зарабатывающие полулегально на получаемых привилегиях.

Такую картинку легко принять и выдать за доказательство тезисов "все бизнесмены - воры", "народу ничего доверить нельзя", "все равно ничего не получится, надо сворачивать эксперимент" и прочих. Очевидно также, что при наличии заметных ресурсов ресурсодержателям выгодно поддерживать дистрибутивную модель экономики - в ней у них есть несправедливое преимущество перед остальными агентами. В этих условиях образуется замкнутый круг - власть принадлежит ресурсодержателям, им выгодна дистрибутивная модель, генеративную модель легко скомпрометировать в глазах общества. Итог называется ресурсным проклятьем: страны, обеспеченные ресурсами, если только в них до появления ресурса не успели сформироваться прочные институты, не дающие консолидировать ресурсы в руках власти, застывают в дистрибутивной модели экономики.

Именно это случилось с Россией. В искреннее (основанное и на убеждениях и на личной выгоде) представление высших чиновников о экономике не укладывается создание эффективного сообщества независимых экономических агентов: более того - оно воспринимается как опасная для их власти потеря контроля за финансовыми потоками. В логике нашей власти проблема нехватки денег может решаться только изъятием нужных денег у тех, у кого они есть, а если последним будет не хватать самим, пусть пойдут и поработают побольше - не все же у государства тянуть (надо сказать, что в представлении этих чиновников все, что есть в России, уже принадлежит государству, поэтому даже самостоятельно заработанные гражданином средства рассматриваются как полученные от государства, ну, может быть, не напрямую).

В связи с этим бессмысленно говорить, что увеличение пенсионного возраста - это не решение, а тупик, что его придется повышать еще и еще, что единственный способ справиться с проблемой - это в течение 10-15 лет поэтапно перейти полностью к негосударственной накопительной системе пенсионного обеспечения, со временем начав выплачивать пенсионерам "от государства" и за счет налогов вне зависимости от стажа и заслуг одну и ту же маленькую пенсию, только чтобы на жизнь хватало. Такая система будет эффективно обеспечивать граждан пенсией, но она выведет огромные суммы из-под контроля чиновников; кроме того, она будет основана на недоступной им идее экономической самоорганизации.

Точно так же бессмысленно говорить, что увеличение налоговой нагрузки (а рост НДС на 11% - это существенное увеличение) приведет к сокращению негосударственного потребления и снижению темпов роста (если он вообще будет) экономики; что изыскивать средства на "указ президента" просто глупо - надо создавать условия, при которых частный бизнес выполнит все эти указы просто в процессе развития своего бизнеса; что даже если на что-то надо найти деньги, их для начала стоит поискать в бездонных кредитных карманах госмонополий, в угоду подрядчикам из числа друзей президента уменьшающих свою стоимость бессмысленными проектами; затем можно было бы поискать их на рынке заимствований - в сегодняшнем мире низких ставок увеличивать финансовое плечо государствам выгодно, это позволяет катализировать экономику, а не зажимать ее поборами.

Для власти в России частный бизнес - враг, если только он не занят обслуживанием власти и не принес присягу на верность, скрепленную парочкой уголовных дел большого масштаба (на случай забывчивости); зато подрядчики госмонополий - друзья, и им можно доверять: они много заработают, но хотя бы не разворуют все; в конечном итоге втридорога, но построят и из страны не сбегут (особенно теперь). Брать же в долг государству не резон - за долг надо платить проценты, долги надо отдавать, а повышение налогов дает бесплатные деньги и навсегда.

Примечательно, что подъем коснулся именно НДС - фактически налога на конечное потребление, наиболее чувствительного для бизнесов с высокой добавленной стоимостью (то есть не ресурсных, наиболее эффективных и наиболее мобильных) и бизнесов на раннем этапе развития. Ни эти бизнесы, ни потребители не имеют в России голоса. Вопрос о повышении подоходного налога снят с повестки - еще бы, ведь подоходный налог платят чиновники и близкие к власти "эффективные менеджеры" со своих значительных зарплат. Повышение налога на прибыль ударило бы прежде всего по ресурсным бизнесам, получающим высокую маржу, а эти бизнесы - "классово близкие" и в основном подконтрольны власти. Это правда, что НДС легче собирать, чем налог на прибыль, тем более что налоговые органы России уже много лет совершенствуются в его вычислении и отслеживании схем ухода. Но это опять - логика князя, собирающего дань, а не руководителя, думающего о процветании страны.

Хуже того - обсуждать вопрос "как надо повышать или понижать налоги" или "какой пенсионный возраст правилен" в России сегодня сродни обсуждению вопроса "какие конфеты правильнее использовать людоеду для привлечения маленьких девочек, чтобы последним было приятнее перед смертью". Базовой проблемой нынешнего российского государства является крайне низкий уровень институционального доверия всех ко всем, являющийся следствием уже упоминавшегося пренебрежения власти в дистрибутивной экономике к такой неудобной для централизованного правления штуке, как буква закона.

Российская власть обращается с законом как с универсальным средством реализации своих интересов - пишет невнятно и трактует как хочет (часто противоположным образом в двух одинаковых ситуациях), переписывает постоянно, в рамках сиюминутных интересов и часто еще более невнятно, игнорирует, когда удобно и требует исполнения, когда выгодно, создает критический объем исключений из любого правила для собственного удобства и поверх любого разрешения пишет процедуру отказа по неформальным основаниям.

Экономические агенты в России копируют власть - для нашего рынка характерны крайне низкая договорная дисциплина, стремление одурачить контрагента (в том числе - государство) или силой заставить его принять нечестные условия (а это уже часто практикуют госкомпании), воспользоваться нерыночными преимуществами и/или вступить в противозаконный сговор. Инвестиции в Россию не идут давно, а отток капитала был значительным все годы XXI века за исключением 2006-го и 2007-го (когда иностранный спекулятивный капитал перевешивал вывод средств российскими бизнесменами) - какая разница, какой НДС?

Направление движения нашего государства обозначилось крайне четко (не сегодня, но сегодня есть повод об этом сказать): генеративная модель, которая, казалось бы, начала пробиваться сквозь исторически сформированную дистрибутивную в первые три-пять лет XXI века, окончательно отброшена. Ей оставлены лишь две роли: она может жить на бесплодных задворках экономики, ограниченная редким мелким бизнесом, небольшой сферой услуг да несколькими "одобренными" бизнес-витринами в области высоких технологий; она же должна служить основой карго-культа "экономического прорыва", в рамках которого в ее одежды будут рядиться все более длинные ряды унылых госконтор, "осваивающих" бюджет под видом разработки и внедрения новых технологий, инновационных идей, стратегических проектов и прочих buzz-words.

Странно, но факт - как будто извиняясь, блюстители дистрибутивной экономики в России стараются максимальному количеству ее проявлений дать названия, сходные до смешения с названиями проявлений экономики генеративной (этого не было в СССР - возможно, это последствия опыта выпрашивания денег у МВФ в обмен на реформы в 90-е).

При этом само по себе государство с достаточным объемом ресурса и преимущественно дистрибутивной экономикой может существовать долго и устойчиво. Да, в таком государстве очень высок уровень неравенства, слабы социальные институты, основная масса людей живет бедно, а технологии в областях, обслуживающих интересы или амбиции власти, процветают, в то время как в области обеспечения общей эффективности процессов и/или обеспечения благосостояния населения безнадежно отстают. Однако существование такого государства зависит от объема ресурса - если его меньше (он дешевле), государства его "тихонько" проедают и разваливаются, если больше (он дороже) - они костенеют в своей системе клановой бюрократии и поколениями живут, поддерживая нищее существование 95% населения, неустойчивый достаток 4% и роскошь для 1%, нарядную витрину для внешнего мира, яркую картинку в телевизоре и полное отсутствие возможностей внутри, кроме единственной возможности - служить в системе распределения ресурсов, терпя унижения и лишения в надежде подняться выше в служебной иерархии.




Comments

А не похоже, что Единую Россию сливают? Сейчас все местные Заксобрания, где у них большинство, браво голосуют за реформу. Не сложно предположить уровень их поддержки на следующих выборах. Как-то уж слишком топорно эту реформу продавливают. ВВП было проще вливать по 200 ярдов в год в Пенсфонд как раньше и уйти в вечность в зените славы. Или это развод в стиле- не хотите увеличения возраста- не будет индексации. С этим народ легче смирится

Edited at 2018-07-02 09:21 am (UTC)
Это хороший вопрос. Конечно, они в упряжке и должны отработать полностью.

Очевидно, что эта тема беспокоит членов ЕР: кого-то из чисто электоральных соображений (не хотят сливаться), кого-то - по совести. И недавнее заявление Турчака: все члены ЕР ОБЯЗАНЫ поддержать проект, мы следим и сделаем выводы, - весьма красноречиво на фоне появившихся отдельных голосов против от членов партии и в Думе, и на местах.

Реформа сама по себе аморальна и вульгарна. И продавливается она действительно - топорно. Можно предположить, что авторитет президента и полный контроль над парламентом и местными властями (благодаря тому же авторитету) играют с либералами злую шутку. Они просто тупеют и наглеют. Хотя последовательный либерализм - всегда весьма ущербен.

Позиция и тактика президента, с моей точки зрения, - самый интригующий момент во всей этой истории. Причин для такого его поведения может быть несколько: он либерал-патриот по убеждению, он ВЫНУЖДЕН действовать именно таким образом, он делает тактический шаг в борьбе с либеральной частью элиты. Последнее - наименее похоже на реальность, первое - наиболее.