Fesalexander (fesalexander) wrote,
Fesalexander
fesalexander

Category:

Правда. Она - такая...



Удивительный для сегодняшнего дня материал: правдивый, грамотный, с высокой степенью объективности. Все видел своими глазами, во многом участвовал непосредственно. Это - правда. Не мог не утащить.



Любой "не свидетель" должен просто законспиктировать...





Евгений Трифонов
20 августа

Катастрофа «перестройки»

После провала «косыгинской реформы» (1965-69 гг.) ситуация в экономике и социальной сфере СССР постоянно ухудшалась: страна вползала в системный кризис.
В Советском Союзе творилось нечто несообразное. Резкий взлет цен на нефть – «нефтяной шок» 1974 г., а затем и «шок № 2» в 1981 г. - вопреки всякой логике, привели не к росту нефтеэкспортирующей советской экономики, а к ее деградации. Номенклатура, не способная управлять более или менее грамотно экономикой, и превратившая экономическое планирование в систему согласований личных интересов партийно-хозяйственных группировок, не понимала, как предотвратить движение к пропасти, и предпочитала просто закрывать глаза на надвигавшуюся катастрофу.


«По основным параметрам развития промышленность в десятой пятилетке (1976-1980 гг.) была хуже предыдущей. … Однако на уровне высшего партийного руководства необходимых выводов не было сделано. На XXVI съезде КПСС (1981 г.) Л.И.Брежнев говорил: «Итоги развития народного хозяйства (в 1970-е гг.- М.П.) убедительно подтверждают правильность экономической стратегии партии. Страна существенно продвинулась вперед на всех направлениях созидания материально-технической базы коммунизма». На этом съезде закрыли глаза на то, что курс, взятый на XXIV съезде КПСС по переводу экономики на путь интенсификации, фактически не состоялся…

Тенденция снижения роста производства продолжалась, а в первые годы одиннадцатой пятилетки эта тенденция даже усилилась. В 1981 г. продукция промышленности по сравнению с 1980 г. выросла только на 3%. А 1982 г. еще меньше - на 2,9%. В этом же году темп и прирост промышленной продукции был в 1,5 раза ниже, чем в среднем в годы десятой пятилетки» (М.Ф.Полынов «Исторические предпосылки перестройки в СССР», «Алетейя», СПб, 2001, стр. 178).

Во второй половине 1970-х годов в СССР усилилась скрытая инфляция в виде товарного дефицита, все больше регионов страны превращались в зоны социально-экономической катастрофы, где не хватало ни денег, ни самого элементарного товарного обеспечения. В 1975 г., чтобы предотвратить голод и социальный взрыв, карточки были введены в Волжске, в 1979 г. – в Волгограде, в 1980 г. (после стихийного бунта) – в Свердловске, в 1981 г. – в Казани, Новосибирске и Нижневартовске, в 1982 г. – в Челябинске и Вологде, в 1983 г. – в Куйбышеве, в 1984 г. – в Омске. Там, где карточки не вводились, ситуация была еще хуже: в Иркутске, например, осенью 1980 г. в магазинах просто не было ничего, что привело к стихийным протестам – с битьем витрин и антиправительственными выкриками в очередях.

Эмбарго Запада, введенное после ввода советских войск в Афганистан в декабре 1979 г., нанесло советскому «народному хозяйству» сильнейший удар: оно начало «сыпаться». «В Харькове, Ростове и т.д. и т.п. надо в 6 утра встать в очередь, чтоб достался литр молока, в Челябинске вообще шаром покати, на 1981 г. в Ростове-на-Дону планируется мяса на душу населения… 2 кг. в год. Положение хуже, чем во время войны», - писал в своей записной книжке в 1980 г. заместитель заведующего Международным отделом ЦК КПСС А.Черняев (В.Воронов «ЦК КПСС уполномочен предупредить: забастовки!», «Совершенно секретно», № 24(319), 14-21.10.2014).


Постоянное наращивание экспорта нефти и газа в Западную Европу ситуацию не спасло: «народное хозяйство» деградировало с возрастающей скоростью. Повышение цен и норм выработки с 1 сентября 1980 г. привело только в забастовочной волне, ничуть не поправив ситуацию в экономике.

Продовольственная программа, принятая в 1982 г., представляла собой набор благоглупостей: «Теперь партия ставит задачу: используя возросший экономический потенциал страны, обеспечить в возможно сжатые сроки устойчивое снабжение населения всеми видами продовольствия, существенно улучшить структуру питания советских людей за счет наиболее ценных продуктов. Для решения этих задач необходимо повысить урожайность полей за счет улучшения селекции и семеноводства, добиваться эффективного использования удобрений, внедрения научно обоснованной системы земледелия…».

Как всего этого, спрашивается, планировалось достичь? Да прямыми государственными вливаниями денег безо всяких управленческих новаций. Финансовые потоки, направлявшиеся на обеспечение Продовольственной программы, на каждом этапе успешно «пилились», и это устраивало начальство всех уровней.

Афганская война, хотя и являлась конфликтом низкой интенсивности (афганские «душманы» были малочисленными и неорганизованными), выпивала из СССР последние соки: дошло до того, что даже в московских больницах исчез новокаин. При этом добиться перелома в ходе военных действий советским войскам так и не удалось.

На бытовом уровне надвигающийся кризис был виден невооруженным глазом. В 1980 г. автор данной статьи заметил, что прекратились все работы по благоустройству его родного московского района Сокол: рабочие больше не «починяли» асфальт и не прочищали трубы, зимой больше не заливались катки, на зараставших детских площадках собирались только пьяницы. Отопление в Москве в 1980 г. включили только к 7 ноября, когда уже стояли ранние морозы: люди ходили дома в пальто, пробки вышибало от самодельных обогревательных приборов…

В начале 1980-х СССР, по сути, лишился союзников: экономический кризис ударил по странам СЭВ еще больнее, чем по Советскому Союзу. Он породил политические кризисы: в 1980 г. произошли волнения в ГДР и на Кубе (там демонстранты захватили центр Гаваны), а в Польше выросший из подпольных ячеек 9-миллионный (все население страны в то время немного превышало 30 млн. чел.) профсоюз «Солидарность» к сентябрю 1980 г. забастовками парализовал польскую экономику. От гражданской войны ее спас военный переворот, но режим генерала В.Ярузельского не получил поддержки населения. В 1984 г. Болгария и Монголия, отвлекая народы этих стран от тяжелого социально-экономического положения, развернули кампанию против нацменьшинств: в первой - турок (до 15% населения) заставляли отказываться от своего языка, культуры, имен и фамилий, во второй – китайцев (почти 10% населения) выселили из городов и приграничной зоны на север страны. Это привело к кровавым межнациональным столкновениям в Болгарии и бегству сотен тысяч людей из обеих стран за границу.

В 1986 г. цены на нефть рухнули, и СССР оказался на пороге финансово-экономического коллапса. В таких условиях о продолжении «холодной войны» не могло быть и речи.

***

Первоначально М.Горбачев объявил о так называемом «ускорении» - массовой замене на предприятиях устаревшего оборудования на новое. Может быть, ему рассказали о Сыктывкарском чугунолитейном заводе, построенном при Екатерине Великой, и работавшем с тех пор без всякого изменения технологии. Или о Свердловской ткацкой фабрике, использовавшей деревянные ручные станки-рамы, как в XVII веке. Или о шахтах, где в конце ХХ века работали кайлом. А ведь в начале «славных» дел Горбачев мечтал о том, что СССР должен стать «законодателем мод в автомобилестроении», и на экранах телевизоров нам неделями крутили картинку со смешной самоделкой – плодом «гения» неких ленинградских инженеров…

Идея «ускорения», естественно, провалилась, так и не начав работать, поскольку на замену оборудования не хватало валюты. Ее рассчитывали получить, резко увеличив экспорт сырья, прежде всего нефти. И обрушили мировые цены: Саудовская Аравия, в ярости от наращивания экспорта советской нефти, сама начала увеличивать добычу, чтобы наказать СССР за нарушение негласных договоренностей, позволивших много лет поддерживать высокие цены на нефть. И в 1986 г. нефтяные цены рухнули сразу в шесть раз – до $7 за баррель. Большая часть советской нефтедобычи сразу стала нерентабельной.

Нельзя не упомянуть, что в крушении советской финансовой системы огромную роль сыграла антиалкогольная кампания 1985 г.: благие намерения горбачевского руководства, как всегда, вымостили дорогу в ад. «Пьяные» деньги, до этого пополнявшие бюджет, хлынули в карманы самогонщиков и перекупщиков спиртного, обогащая коррупционеров и мафию. Буквально за год бюджет страны рухнул.

Уже в конце 1986 г., об «ускорении» пришлось забыть. Зато – от безысходности - вспомнили о «косыгинской реформе». Плюс перед глазами «кремлевских мечтателей» уже был пример Китая - с 1978 г. по 1985 г. ВВП Поднебесной вырос вдвое. Суть китайских реформ на том этапе полностью копировала инициативу И.Худенко в сельском хозяйстве плюс «косыгинскую реформу» в промышленности.

19 ноября 1986 г. был принят Закон СССР «Об индивидуальной трудовой деятельности».
13 января 1987 г. Совет Министров СССР принял Постановление № 48, разрешившее создание совместных предприятий с участием советских организаций и фирм капиталистических и развивающихся стран.

5 февраля 1987 г. Совет Министров СССР издал постановление «О создании кооперативов по производству товаров народного потребления».
11 июня 1987 г. было принято Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР № 665 «О переводе предприятий и организаций отраслей народного хозяйства на полный хозрасчет и самофинансирование».

30 июня 1987 г. был принят Закон СССР «О государственном предприятии (объединении)», перераспределивший полномочия между министерствами и предприятиями в пользу последних. Продукция, произведенная после выполнения госзаказа, могла реализовываться производителем по свободным ценам. Сокращалось количество министерств и ведомств, хозрасчет внедрялся во все отрасли народного хозяйства.
26 мая 1988 г. был принят Закон СССР «О кооперации в СССР», разрешивший кооперативам заниматься любыми не запрещенными законом видами деятельности, в том числе торговлей.

Все новации того времени – в теории – были совершенно правильными. Они уже работали в Китае, и работали отлично (но в 1984 г. точно такие же реформы начались в Северной Корее и привели к совершенно противоположному эффекту: в стране разразился страшнейший экономический кризис, и реформы были свернуты - потому, что политическая элита КНДР, подобно советской (и в отличие от китайской) была клептократической). В СССР был и положительный опыт работы производственной кооперации: в 1956 г. в кооперации насчитывалось свыше 114 промышленных предприятий, где работали 2,5 миллиона человек. Но в 1960 г. Н.Хрущев «национализировал» кооперативы, подорвав потребительский рынок: рассчитывая пополнить казну, он ограбил миллионы людей.

В конце 1980-х вновь созданные кооперативы, совместные и частные предприятия занялись не производством и не предоставлением услуг населению, а финансовыми операциями по обналичиванию денег либо откровенной спекуляцией. В то же время госпредприятия, получившие свободу, не увеличивали производство, не внедряли высокие технологии, не расширяли ассортимент своей продукции и не повышали ее качество. Вместо этого они… стремительно разорялись.

Почему же то, что работало в других странах, в СССР привело к катастрофе? Дьявол, как всегда, кроется в деталях. В Китае чиновник, отвечающий за ту или иную отрасль, город или провинцию, отвечает перед руководством страны и партией за рост экономики вверенного ему участка ответственности. Он очень хочет, конечно, получить взятку за разрешение на открытие нового завода или на экспорт-импорт товаров, но такого права-то у него нет! И он очень боится того, что плановые показатели роста не будут достигнуты, и тогда – проверки, суд и тюрьма. То же самое - и директор завода, и начальник полиции, и секретарь парторганизации. В Советском Союзе горбачёвских времён чиновник не отчитывался перед вышестоящим начальством за состояние предприятия/области/города, а «заинтересовывал» его «барашком в бумажке». Результаты реформы не интересовали власть, исключая, может быть, несколько человек на самом верху. Коррупция в Китае сопровождает экономику, а в Советском Союзе, наоборот, экономика сопровождала коррупцию.

Поэтому, напринимав очень хороших реформаторских законов, советское начальство подкрепило их рядом подзаконных актов, аннулирующих их суть. В частности, на открытие любого частного, кооперативного или совместного предприятия, на экспортно-импортные операции, на операции с валютой, вообще на любую деятельность нужно было получить официальное разрешение «тройки» - представителей советского, партийного и хозяйственного руководства. То есть сохранялась разрешительная система, а не вводилась, как в том же Китае, система заявительная, при которой, если человек правильно составляет документы на открытие предприятия или те или иные разрешенные законом операции, чиновник не имеет права ему отказать, он обязан просто выдать соответствующие документы, причем в строго обозначенный срок. А разрешительная система предполагает выдачу разрешений либо «своим человечкам», либо за взятку.


Во главе чуть ли не большинства кооперативов оказались люди, отсидевшие сроки за уголовщину: советским начальникам закон запрещал напрямую руководить кооперативами, и те обращались к бандитам. Тех делали директорами новых организаций в расчете на то, что они крови не боятся и к законам относятся, мягко говоря, не слишком почтительно. Ну и, конечно, в расчете на послушание: мол, дёрнешься – снова посадим. С послушанием преступников вышло плохо: вчерашние сидельцы, разобравшись в обстановке, «кидали» своих шефов, запугивали, а то и приканчивали. Вдруг, как бесы в фильме «Вий», откуда-то с самой периферии советской жизни, из темных подвалов и подворотен, полезли на свет Божий такие рожи и хари, которых обычный советский человек до перестройки и видеть-то не видывал…

Более того: в то время как в СССР принимались законы о предпринимательской деятельности, в Уголовном кодексе - аж до 1993 г. - сохранялись статьи, предусматривавшие наказание за предпринимательство! О них что, забыли? Ни в коем случае. Они использовались для того, чтобы бизнесом могли заниматься только свои люди. Для них – новые законы об экономической деятельности, а для чужих – карательные статьи УК (невольно вспоминается фраза генералиссимуса Ф.Франко: «Своим – все, остальным – закон!»).

Огромную роль в провале реформ сыграла КГБ.

«К приходу Ю. Андропова коррупция стала практически открытой. Хищения в крупных и мелких размерах были нормой жизни. Чиновники, увеличивая свой и без того немалый доход, выстроили грабительскую эшелонированную систему всяческих привилегий и льгот. Надбавки к должностным окладам, дотации за «выслугу», премии, удвоенные отпускные пособия с оплатой проезда до места отдыха и обратно, дотированные квартиры, дачи, столовые, поликлиники, больницы увеличивали доход чиновников до неопределенного уровня. И связывали их круговой порукой. Этот феномен был известен под названием «спецкормушка». Он размыл грань между законным и незаконным, постепенно превратившись в фактор, который затянул в коррупцию всю страну.

Не обошел этот процесс и структуры КГБ, где тоже пользовались «спецкормушками». Считалось, что наиболее соблазнительными с точки зрения «самообогащения» оперативных работников и их начальников являлись не те подразделения контрразведки, которые вели непосредственную борьбу с иностранным шпионажем (противодействие американской, английской, японской, турецкой разведкам). К коррупции располагали подразделения, которые оперативно обслуживали такие объекты, как МГИМО (устройство в институт детей влиятельных лиц с получением соответствующей благодарности). Те, кто курировал Минздрав, располагали почти неограниченными возможностями для получения койко-мест для «нужных» пациентов и дефицитных дорогостоящих лекарств. Соответственно, те, кто обслуживал Аэрофлот и МПС, имели билеты на нужные рейсы и поезда. Спорткомитет предоставлял по просьбе куратора абонементы в «ВИП-ложи» стадионов в дни международных соревнований. ВЦСПС давал путевки в санатории и т.д. Магазины открывали склады для получения дефицита в предпраздничные дни.
Работникам торговли стало выгодно продавать из-под полы и, соответственно, «подкармливать» тех, кто мог бы этому помешать. Если уж экономические соблазны заставили за последние годы около двадцати высокооплачиваемых профессионалов КГБ за рубежом переметнуться на сторону иностранных разведок, то где гарантии, что их рядовые и гораздо менее обеспеченные коллеги, столкнувшись с соблазнами внутри страны, устоят? Все строилось на умении оперработников КГБ устанавливать отношения с руководством объекта обслуживания и использовать многозначительное и категоричное «надо».

В начале 60-х гг. все эти «злачные» участки были сосредоточены в 10-м отделе Второго главного управления КГБ. Когда отдел перестал справляться со «снабженческими» функциями, он был реформирован в 5-е Управление КГБ со сложной структурой функциональных отделов. При этом все дружно делали вид, что это не бациллы коррупции, а механизмы создания благоприятных условий для выполнения заданий по обеспечению государственной безопасности.

Боролись ли с этим? Да нет, скорее пользовались. Начальство не опускалось до таких контактов. Есть опера, которым прикажешь, – и они добудут то, что нужно. А дальше: ты мне – я тебе. Бартер услуг с использованием служебного положения.
Все это связывало чиновников круговой порукой, делая их врагами рыночных реформ. Естественно, что любые попытки отмены этой системы должны были вызвать ожесточенное противодействие со стороны функционеров. Что и произошло» (С.Лекарев, «Аргументы Недели», 24 апреля 2008).


Существует версия, что перестройка была задумана и осуществлена КГБ. Бывший офицер КГБ, а затем либерал и депутат Госдумы Геннадий Гудков утверждал, что Андропов еще в 1965 г. выдвинул план радикальных экономических реформ, но власть испугалась радикализма и его отвергла (Д.Карцев, План Андропова – Путина, Эксперт-online, 13.10.2017). Чекисты утверждают, что верхушка КГБ планировала ликвидировать национально-территориальную основу СССР, заменив ее на деление в соответствии с экономическими районами, легализовать рыночные отношения, разрешить частную собственность, и даже… запретить КПСС (!). После превращения партийно-коммунистической системы власти в неидеологическую, чекисты якобы намеревались приватизировать всю госсобственность в свою пользу. Таким образом, сами чекисты признаются в том, что собирались произвести в СССР переворот в стиле Пиночета, и настаивают на том, что этот план, пусть не сразу и не в полной мере, удалось осуществить после 1999 г., когда к власти пришел подполковник КГБ В.Путин.

Конечно, внятного плана реформ Андропов ни в 1965, ни в 1975 г. выдвинуть не мог, так как для его разработки нужны квалифицированные кадры, которых не было. Тем более он не мог представить его на рассмотрение в Политбюро ЦК КПСС (после такого он бы бесследно исчез). Однако по сути чекистские рассказы о «плане Андропова-Путина» правдоподобны. КГБ была единственной структурой в стране, куда стекалась объективная, «нефильтрованная» информация о положении дел во всех областях жизни СССР и всего мира, и картина, которую видели чекистские руководители, кардинально отличалась от той, которую рисовали себе даже высшие лидеры партии и государства, которые получали информацию от того же КГБ. А КГБ давал им ту аналитику и те цифры, которые хотел. В конце 1970-х – начале 1980-х гг. среди офицеров армии и ГКБ распространялись ожидания скорого военно-чекистского переворота: о его необходимости с целью «спасения страны», прекращения «бардака», хищений и коррупции какое-то время офицеры говорили почти открыто. Это был не какой-то план, а смутные настроения, которые офицеры связывали с личностью начальника Генштаба маршала Н.В.Огаркова – сильной и популярной фигурой (маршал, в частности, активно возражал против ввода войск в Афганистан). Его поддерживали такие популярные военачальники, как генералы армии С.Ф.Ахромеев и В.И.Варенников. Возможно, именно в начале 1980-х гг. в военно-чекистской верхушке сформировались некие начатки плана «пиночетизации» СССР, однако они так и не приобрели законченного вида. Однако не вызывает ни малейших сомнений самое активное участие КГБ как в разработке самой концепции перестройки, так и в ее реализации, а особенно - в придании определенного направления развитию страны в 1990-е гг.

Экономические реформы в СССР начались со страшного хаоса. По сути, ни финансовая, ни производственная деятельность предприятий всех форм собственности в перестроечные времена никак и никем не контролировалась. Не контролировались, в первую очередь, доходы начальства. Хуже того: разрешили снимать со счетов оборотные средства (и по проекту Н.Косыгина, и в Китае предприятия могли использовать только доходы и кредитные средства) – и их сразу же начали обналичивать и закачивать в новые фирмы-однодневки. Колхозы начали торговать компьютерами, заводы – ширпотребом. Для советского начальства всех типов и уровней – от директора колхоза до союзного министра – началось золотое времечко: пали ненавистные оковы хоть какого-то контроля с чьей бы то ни было стороны. И деньги потекли в их карманы рекой.

Массовое расхищение средств оформлялось по-разному. Например, тогдашнее – еще советское - руководство «Норильского никеля» решило построить близ Норильска самый большой в мире (!) мебельный комбинат. Это в таймырской тундре, где растут только карликовые березы! Отчего-то ни один государственный орган не обратил внимания на то, что деньги комбината выводятся под явно воровской проект. Под Норильском начали рыть гигантский котлован. А потом, естественно, это дело забросили; контуры котлована до сих пор видны среди озер и болот. Деньги комбината пропали. И никто за это ничего никому не было.

Большую известность получило прогремевшее в 1990 г. дело кооператива АНТ (Автоматика, Наука, Технология). Кооператив был создан 500 крупными предприятиями, преимущественно машиностроительными, при поддержке КГБ СССР. Его директором стал бывший сержант (!!!) Девятого Главного Управления этого ведомства по охране первых лиц государства В.Ряшенцев. АНТу были предоставлены гигантские полномочия, в том числе право безлицензионной продажи за рубеж широкого спектра товаров. АНТ в основном занимался тем, что на основе бартера ввозил в СССР различную продукцию - от компьютеров до парфюмерии (что неудивительно: в числе учредителей АНТа значились глава союзного Совмина Н.Рыжков и союзный же министр финансов В.Павлов!!!).
Однако экспорт военной техники кооперативу все же разрешен не был. Но 11 января 1990 г. в Новороссийске была задержана партия товара на 12 платформах, который был задекларирован как тягачи. При осмотре товара обнаружилось, что вместо тягачей под брезентом находятся танки. Товар принадлежал АНТу.

«Как следует из ряда материалов, поставку тягачей, созданных «Уралвагонзаводом» на базе танка Т-72 в обмен на компьютеры Ряшенцеву предложил генеральный директор научно-производственного объединения «Взлет» генерал Довгань в октябре 1989 г. Разрешение Довганю на ведение подобных торговых операций за номером № ПП/25086 было выдано ему самыми высокими инстанциями Министерства Обороны. <…>

…Расследование дела достаточно быстро захлебнулось. Ряд ответственных работников государственного аппарата был освобожден от занимаемых постов. Однако виновных обнаружить так и не удалось. В.Ряшенцев, защищаемый известным адвокатом Г.Резником, спустя некоторое время бежал в США, где вновь занялся коммерцией. В 1993 г. расследование уголовного дела кооператива АНТ было прекращено. Генеральный Прокурор России В.Степанков направил Ряшенцеву в США письмо с извинениями за причиненные неудобства, однако тот в Россию так и не вернулся. 1 июля 1997 г. Ряшенцев умер на 47-м году жизни [как сказано в фильме «Бриллиантовая рука», «Как говорил один мой знакомый - покойник - «Я слишком много знал», - прим. авт.]» (Википедия, «Дело АНТа»).

Показательно, что афера АНТа вообще попало в поле зрения прокуратуры только потому, что было инициировано руководством новосозданной Коммунистической партии РСФСР, боровшейся за лидерство в КПСС, и жаждавшей расправиться с союзными министрами-«перестройщиками».

Поскольку во время перестройки возникли легальные каналы конвертации рублей в валюту и вывоза валюты за рубеж, деньги стали огромными массами уходить из страны. Их недостачу компенсировали непрерывной работой печатного станка. На этом фоне возник хоть и нелегальный, но огромный «черный рынок» валюты, и курс рубля стремительно покатился вниз. Если в 1986 г. на черном валютном рынке, тогда еще очень узком, за доллар давали 2-3 рубля, то летом 1990 – уже 8, через год – 30, а в дни, когда Советского Союза не стало – в декабре 1991 г. - доллар достиг психологического барьера в 100 рублей. Покупательная способность рубля обнулилась, товарный дефицит стал тотальным, а черный рынок – практически легальным. Карточки, стыдливо называвшиеся талонами, распространились на всю страну, но уже к осени 1990 г. отоварить их было почти невозможно. Во многих районах столицы (что уж говорить о провинции!) в продуктовых магазинах можно было купить только хлеб, картошку и консервы, да и то отстояв очередь. В Кузбассе в 1989 г. исчезли из продажи чай и мыло – и шахтеры забастовали, причем не только в Кемеровской области, а по всей стране. В Москве в августе 1990 г. напрочь исчезли табачные изделия, москвичи собирали окурки и, как в гражданскую войну, крутили самокрутки - дело кончилось «табачными бунтами».


А советское правительство, не обращая внимая на фактически установившуюся в стране свободу слова и крайнее раздражение населения хаосом в стране, пыталось поправить положение в стиле Ленина-Сталина-Хрущева: оно решило в очередной раз ограбить народ. «22 января 1991 года Президент СССР Михаил Горбачев подписал Указ об изъятии из обращения и обмене 50- и 100-рублевых купюр образца 1961 года. О подписании Указа было сообщено по телевидению в 21 час по Московскому времени того же дня, когда практически все финансовые учреждения и магазины уже были закрыты. Наиболее находчивые люди в ближайшие часы после этого смогли разменять имевшиеся у них 50- и 100-рублевые купюры в кассах метро, железнодорожных вокзалов и у таксистов (многие кассиры и таксисты, занятые работой, еще не знали об оглашении Указа). Некоторым удалось отправить крупные денежные переводы в отделениях почты при вокзалах, работавших до 24 часов. Реформой предусматривалось, что 50- и 100-рублевые купюры образца 1961 года подлежат обмену на более мелкие купюры образца того же 1961 года, а также купюры 50 и 100 рублей образца 1991 года.

Обмен изымаемых купюр сопровождался существенными ограничениями:
Сжатые сроки обмена - три дня с 23 по 25 января (со среды по пятницу).
Не более 1000 рублей на человека - возможность обмена остальных купюр рассматривалась в специальных комиссиях до конца марта 1991 года.
Одновременно была ограничена сумма наличных денег, доступных для снятия в Сберегательном банке СССР - не более 500 рублей в месяц на одного вкладчика. Поскольку граждане могли иметь вклады в нескольких сберкассах, в том числе в разных городах, то на последних страницах общегражданского паспорта сотрудниками сберкасс делались отметки о снятых со вкладов суммах.

Планы правительства реализовались лишь частично: конфискационная процедура позволила изъять из обращения 14 миллиардов наличных рублей. Эффект неожиданности реформы должен был помочь в борьбе со спекуляцией, нетрудовыми доходами, фальшивомонетничеством, контрабандой и коррупцией, но на практике главным последствием реформы стала утрата доверия населения к действиям правительства.
Непопулярные «шоковые» реформы, проводимые в СССР под руководством Павлова, продолжились. Со 2 апреля, так же неожиданно, в СССР были установлены новые цены, которые были примерно в 3 раза выше предыдущих» (Википедия, ст. «Денежная реформа 1991 г.»).

Чиновники и преступники от реформы не пострадали, так как они знали о ней заранее. А сколько пострадало тех, кто копил деньги на машину, мебель, одежду, наконец, на похороны – Бог знает. Сколько пенсионеров умерло в очередях, пытаясь получить свои кровные – тоже неизвестно.
После апреля 1991 г. народ окончательно отвернулся от власти. Началась агония СССР, закончившаяся 26 декабря того же года.

***

«Апрельский ветер перемен» превратился во всеразрушающий ураган, снесший СССР. Советский Союз развалился под тяжестью социально-экономических, внутри- и внешнеполитических, технологических и экологических проблем, которые советская система была не в состоянии не только решить, но и как-то сглаживать или хотя бы скрывать. Винить в этом ЦРУ и предателей в ЦК КПСС – примерно то же, что обвинять инопланетян. Никакое ЦРУ и мировой империализм просто не были в состоянии развалить СССР. Власть, построенная на безответственности и воровстве, рухнула под собственной тяжестью при полном равнодушии не только «новой исторической общности – советского народа», но спецслужб, которые создавались для ее защиты. Какой резон был им защищать советскую власть, если они создавали «динамично развивающиеся кооперативы» и банки, вместе с другими чиновниками разграбляя страну?

Советский Союз можно сравнить с ящиком Пандоры, в котором под спудом роились всевозможные преступления и бедствия, они множились и алкали вырваться на свободу. И вырвались. Если же перевести это на простой русский язык, СССР был гигантским гнойником, который рос на теле порабощенной им страны с 1917 г., отравляя ее, и в конце концов прорвался. И население стало захлебываться в той гадости, которая – нет, не появилась после крушения советской власти, а просто хлынула на поверхность: в безделье и пьянстве, в цинизме и равнодушии, в воровстве, безнаказанности, безответственности и бешеной коррупции.

И теперь, спустя 27 лет после падения советского строя, нам все еще предстоит очень долгий путь для того, чтобы очиститься от его скверны.

Оригинал:
https://zen.yandex.ru/media/id/5c2bb5cbea039800abdc8fd6/katastrofa-perestroiki-5d5c244d04af1f00aeac021e

Для полноты картины рекомендую посмотреть мой материал здесь:  https://fesalexander.livejournal.com/21905.html
Tags: Власть
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments